Магазин | продажа виниловых пластинок
Магазин | продажа виниловых пластинок
  Главная » D » Dylan, Bob » Bob Dylan - The Ballad of Frankie Lee and Judas Priest Личный кабинет  |  Корзина  |  Оформить заказ   

ЗВОНИТЕ НАМ : (495) 771-0721    ПИШИТЕ НАМ: a@oldies-goldies.ru

НАЙДИ СВОЮ ПЛАСТИНКУ!

Исполнители: A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Cписок всех альбомов в продаже
Информация
ДОСТАВКА ПО РОССИИ

Опять винил?!

Оценка состояния виниловых пластинок

Президент о виниле!

Бутлеги

Загадочные надписи

Свяжитесь с нами

Bob Dylan - The Ballad of Frankie Lee and Judas Priest Bob Dylan - The Ballad of Frankie Lee and Judas Priest

"Баллада Фрэнки Ли и Джудаса Приста" - самая длинная, без припева и переходов, и пожалуй, самая загадочная песня в альбоме John Wesley Harding.

Текст носит эпический характер и полон аллегорий. Мы не беремся здесь объяснять его, только кратко перескажем. По сюжету, некие Фрэнки Ли и Джудас Прист были лучшими друзьями. И когда Фрэнки Ли понадобились однажды деньги, Джудас Прист сразу же выложил перед ним пачку десяток, со словами "Выбирай сам, Фрэнки, моя потеря станет твоим выигрышем."

Фрэнки Ли почувствовал на себе холодный взгляд Джудаса и сказал ему: "Не смотри, пожалуйста, на меня так. Я понимаю, у меня дурацкая гордость, но иногда человеку надо побыть наедине с собой, а места спрятаться нет." Джудас подмигнул и сказал: "Хорошо, я оставлю тебя здесь, но лучше поспеши с выбором, пока обе ставки не исчезли."

"Я займусь этим прям сразу, только скажи мне, где ты будешь", - отвечал Фрэнки. Джудас показал на дорогу и сказал: "Вечность". "Вечность?" - переспросил Фрэнки Ли голосом, холодным как лед. "Да, вечность", - сказал Джудас Прист, -"хотя ты можешь назвать это "Рай". "Я никак не буду это называть," - с улыбкой произнес Фрэнки Ли. "Ладно," - ответил Джудас Прист, "скоро увидимся".

И Фрэнки Ли остался сидеть в подавленном состоянии, как вдруг появился какой-то незнакомец, который его вопрошал: "Ты ли - Фрэнки Ли, игрок, у которого болен отец? Если это ты, то тебя зовет парень на другом конце улицы, которого зовут Прист."

"Да, он - мой друг," - испуганно произнес Фрэнки Ли, - "Я прекрасно его помню, он просто выпал из поля моего зрения." "Да, он самый," - сказал незнакомец, тихий как мышь, -"Он просил передать, что у него трудности, он ждет в одном доме, что в конце этой улицы."

Фрэнки Ли тут запаниковал, бросил все и побежал, пока не добрался до того места, где стоял Джудас Прист. "Что это за дом?" - спросил он, - "Куда я забрел?" "Ты пришел не в дом," - ответил Джудас Прист, - "Ты пришел не в дом. ...Ты пришел домой."

Фрэнки Ли тут затрепетал, потерял над собой всякий контроль, в это время зазвонили миссионерские колокола. Он стоял там и пялился на этот большой дом, яркий как солнце, в котором было двадцать и четыре окна, и в каждом - женское лицо.

Фрэнки Ли, в смятении, помчался навверх, взбираясь по лестнице большими прыжками, и с пеной у рта он начал свое полуночное сползание. Шестнадцать дней и ночей он бредил, а на семнадцатый, умер от жажды на руках у Джудаса Приста.

Никто не пытался хоть что-то сказать, никто не принимал его всерьез, кроме конечно же, маленького соседского мальчика, который нес его на покой. А он просто брел и брел один, глубоко запрятав свою вину и бормотал под нос: "Ничто не раскрылось".

Мораль этой истории, мораль этой песни проста: никогда не будь не на своем месте. Если видишь, что твой сосед что-то несет, помоги ему с его ношей и не принимай за Рай тот дом через дорогу.

Вот такая история, над которой ломали головы немало людей, существует масса толкований, но лучше каждый слушатель сделает свои выводы.

Две группы взяли себе названия от этой песни: всем известная Judas Priest и шведская панк-группа Franky Lee.

Послушать можно здесь: http://www.youtube.com/watch?v=AgUbgR76Kzo

Well, Frankie Lee and Judas Priest,
They were the best of friends.
So when Frankie Lee needed money one day,
Judas quickly pulled out a roll of tens
And placed them on a footstool
Just above the plotted plain,
Sayin', "Take your pick, Frankie Boy,
My loss will be your gain."

Well, Frankie Lee, he sat right down
And put his fingers to his chin,
But with the cold eyes of Judas on him,
His head began to spin.
"Would ya please not stare at me like that," he said,
"It's just my foolish pride,
But sometimes a man must be alone
And this is no place to hide."

Well, Judas, he just winked and said,
"All right, I'll leave you here,
But you'd better hurry up and choose
Which of those bills you want,
Before they all disappear."
"I'm gonna start my pickin' right now,
Just tell me where you'll be."

Judas pointed down the road
And said, "Eternity!"
"Eternity?" said Frankie Lee,
With a voice as cold as ice.
"That's right," said Judas Priest, "Eternity,
Though you might call it 'Paradise.'"

"I don't call it anything,"
Said Frankie Lee with a smile.
"All right," said Judas Priest,
"I'll see you after a while."

Well, Frankie Lee, he sat back down,
Feelin' low and mean,
When just then a passing stranger
Burst upon the scene,
Saying, "Are you Frankie Lee, the gambler,
Whose father is deceased?
Well, if you are,
There's a fellow callin' you down the road
And they say his name is Priest."

"Oh, yes, he is my friend,"
Said Frankie Lee in fright,
"I do recall him very well,
In fact, he just left my sight."
"Yes, that's the one," said the stranger,
As quiet as a mouse,
"Well, my message is, he's down the road,
Stranded in a house."

Well, Frankie Lee, he panicked,
He dropped ev'rything and ran
Until he came up to the spot
Where Judas Priest did stand.
"What kind of house is this," he said,
"Where I have come to roam?"
"It's not a house," said Judas Priest,
"It's not a house . . . it's a home."

Well, Frankie Lee, he trembled,
He soon lost all control
Over ev'rything which he had made
While the mission bells did toll.
He just stood there staring
At that big house as bright as any sun,
With four and twenty windows
And a woman's face in ev'ry one.

Well, up the stairs ran Frankie Lee
With a soulful, bounding leap,
And, foaming at the mouth,
He began to make his midnight creep.
For sixteen nights and days he raved,
But on the seventeenth he burst
Into the arms of Judas Priest,
Which is where he died of thirst.

No one tried to say a thing
When they took him out in jest,
Except, of course, the little neighbor boy
Who carried him to rest.
And he just walked along, alone,
With his guilt so well concealed,
And muttered underneath his breath,
"Nothing is revealed."

Well, the moral of the story,
The moral of this song,
Is simply that one should never be
Where one does not belong.
So when you see your neighbor carryin' somethin',
Help him with his load,
And don't go mistaking Paradise
For that home across the road.






ЗВОНИТЕ НАМ : +7 (495)-771-07-21   
ПИШИТЕ НАМ: a@oldies-goldies.ru



OLDIES-GOLDIES.RU 2008- 2017
Карта сайта - Sitemap
Информация на ресурсе предназначена для дeтeй старше шeстнaдцaти лeт